Welcome to SKREALAND!

My Space for you!

You are here: Home / Headroom >> Bathroom / Ох уж эти… рассказы
Ох уж эти… рассказы

Ох уж эти… рассказы

К станции приближался рейсовый поезд, курсирующий между двумя крупными портовыми городами и иногда заезжающий в глухие провинции. Груздёвка была именно таким местом, куда общественный транспорт заносило лишь несколько раз в рабочий день, а на выходных и вовсе обходил стороной. Местные жители, именуемые груздями, сами называли свой городок «пляжем для снобов», где любая активность сводилась к сидению с важным видом, будь то магазин-буфет или офис похоронного бюро. На этом пляже редко можно было заметить самих снобов, в основном это были деревенщины, отлынивающие от работы или потерявшую работу. Зато приезжего или туриста выдавал его же снобизм, по уровню которого можно отличить, с какой стороны он прибыл. Если ароматный шлейф духов тянулся по всей улице за гостем Груздёвки, значит, этот пижон приехал в город с юга с неофициальным визитом. А если цвет и блеск кабриолета, припаркованного напротив станции, совпадали с цветом и блеском костюма его водителя, значит, этот франт прибыл в Груздёвку с севера и по делу.

Геннадий, по прозвищу Генозавр, любил встречать городские поезда, сидя у перрона в пластмассовом кресле на открытой веранде привокзального кафетерия с чашечкой эспрессо и свежим номером «Груздь-Экспресс». Эта газета специализировалась на новостях из ближайших райцентров, а её главный и единственный редактор, а по совместительству ещё и автор собирал эти новости из вагонов поездов, курсирующих через Груздёвку. Логично, что газета распространялась этими же поездами, а офис издателя находился в одном из купе переднего вагона. Газета была интересна не сколько новостями, а фото материалами, которые занимали столько же места, сколько и реклама – треть печатного пространства.

Как типичный груздь, Гена был безработным и не торопился с собственным трудоустройством. По правде сказать, он был самозанятым лицом, который в своих декларациях предпочитал налоги записывать в графу амортизации, превращая их, таким образом, в премию за вредность от работы в неблагоприятных условиях. Груздёвка считалась цивилизационным отшибом по сравнению с городами, откуда изредка, но регулярно приезжали поезда. Однако Генарёк уже давно не испытывал этого чувства самозанятости, поэтому на вокзале официально числился безработным.

Безработица вовсе не толкала его во все тяжкие, вынуждая на грабёж или прочий криминал. Будучи нетрудоустроенным, он не позволял себе отпустить официантку без чаевых или не кинуть пары лишних монет пареньку, который чистил ему туфли как машины в автосалоне. В последний раз он проконсультировал заезжего сноба насчёт постройки казино в порту на севере, после чего самоуправлениям пришлось увеличить количество рейсов с юга, а бизнесмен предпочёл не остаться в долгу перед опытным комбинатором и был при этом очень щедр. На эти отпускные он и продолжал скромно кутить и каждый день приходить на перрон в поисках нового гостя, которого в Груздёвку могло занести шальным рейсом с юга или севера.

Модный Геннадий не был снобом, но и груздем его назвать было тяжело. По крайней мере сходства с грибом были минимальные. Он был поклонником Энди Уорхола – да-да, того самого Энди, который снимал гениальное кино, а в свободное время придавался художественной мазне. Правда, чем бы артист ни был занят, он находился под непрерывным воздействием обетрола, поэтому между его картинами и фильмами так много общего, и критики легко упаковали творчество Энди Уорхола в обвёртку от Поп-Арта. Именно работу с камерой Гена считал главным ремеслом Уорхола, а картины, созданные гением при помощи прототипа ксерокса, считал лишь почтовыми открытками ко Дню Благодарения. Как искренний фанат родоначальника Поп-Арта, Генарёк одевался в стиле: кеды, джинсы, блейзер и майка с принтом режиссёра-художника. Такой груздь легко мог бы украшать и столичный перрон.

Каждое утро, которое в Груздёвке было на удивление солнечным и добрым, поезд приезжал вовремя, и утро того понедельника было не исключением. Два коротких гудка, замедляющийся ход колёс, дым по всему перрону, и вот со ступенек спускается очаровательная проводница Георгина, которую грузди называли Джиной из-за её лёгкого пристрастия к одноимённому напитку. Из холодного пара начинают появляться незнакомцы, которые работают, живут или отдыхают в Груздёвке. Несмотря на небольшие размеры, городок обладал странной особенностью: проживи ты всю жизнь в Груздёвке, тебя будет знать каждая привокзальная белка, но спускаясь с поезда, ты сразу становишься незнакомцем. Поэтому даже служащие местного банка и уборщицы из привокзальной столовой в одной и той же одежде выглядели незнакомо, сойдя с поезда и направляясь к выходу в город.

Scroll To Top
WP2Social Auto Publish Powered By : XYZScripts.com